Content

Неосознанный путь петли. Интервью с участниками СНМ.

27 Июль 2012 //  кинул в ссылки + тексты

На прошлой неделе, в субботнем номере газеты «Кузбасс» вышло интервью с участниками СНМ Степаном Качалиным и Александром Марквартом по поводу российского тура и вообще.
Вопросы задавал Сергей Спицын.
Фото Кирилла Кухмаря.
Собственно оригинал взят отсюда.

Под катом текст.

Как самостоятельный музыкальный проект кемеровская «Студия Неосознанной Музыки» в этом году отмечает пятилетие, хотя первые попытки оформить свое творчество «на публику» датированы еще 2005-м годом.

Лидерами «Студии» являются выпускники исторического факультета КемГУ: 25-летний мультиинструменталист Александр МАРКВАРТ и 23-летний поэт и вокалист Степан КАЧАЛИН. При работе над нынешней программой «Таблетки» к ним присоединился 20-летний кларнетист Дмитрий Смирнов из Новосибирска. В этом составе СНМ и провела свой первый большой гастрольный тур — от Кемерова до Москвы и Санкт-Петербурга.

В столицах наши земляки играли совместные концерты с известными исполнителями импровизационной и рок-сцены: например, с группой «Ночной проспект» и саксофонистом Николаем Рубановым из «АукцЫона». Такой выход на «всероссийскую арену» — хороший повод поговорить со «студийщиками» и об их экспериментальной музыке, и вообще о житье-бытье творческой молодежи «во глубине сибирских руд».

– Александр, Степан, и кем же, интересно, эта ваша музыка «не осознана»: вами самими или слушателями?

Маркварт: – Всеми. Для меня это название имеет два интересных момента. Во-первых, акт творчества происходит несколько неосознанно, имеется некая мистичность. Это всегда было, есть и будет. Второй посыл: мы действуем в стилевых направлениях, которые плохо осознаны человечеством.

– Сколько всего было проектов в рамках СНМ за все время существования?

М.: – Много, но можно выделить три основных: «Части тела», «Циклофрения» и «Таблетки». В «Частях» я не участвовал. Это был синтез ритмичной, неритмичной и нойзовой (от англ. слова «шум»; используются разнообразные звуки — чаще всего искусственного и техногенного происхождения. – Прим. авт.) электроники и текстов. «Циклофрения» — название пошло от метода воспроизведения музыки. Я заводил некую петлю (повторяющийся звуковой отрезок – Прим. авт.), на которую накидывал еще и еще. Сверху делал тексты. А «Таблетки» — это синтез моих петель, поэзии Степана и кларнета Димы.

Качалин: – «Таблетки» концептуально очень разрозненны. Там композиции соединены не смыслом, а скорее чувствами.

– Как возникла идея тура?

М.: – Хотелось посетить другие города, посмотреть, как там обстоят дела с концертами. У нас есть много музыкального материала, который мы можем показать для новых людей.

К.: – Этот вид тура, который мы предприняли, авантюрен по своей сути. Потому что сейчас так никто не делает: слишком большие расстояния и много времени тратится на путь. В основном есть точечные выезды в один город с выплатой гонорара, а чтобы современные группы путешествовали по стране – это бывает редко.

М.: – Такая ситуация в целом по России. Есть люди из Москвы и Питера, которых я могу сюда привезти, у них небольшие требования. Но из-за дорогого проезда внутри страны это практически невозможно. Проще выступить в Финляндии, Польше или Прибалтике. Все держится на энтузиастах: если они хотят тебя повезти – то повезут, и еще заплатят тебе гонорар.

–Что помогло в осуществлении этого тура? Кто-то вышел с вами на связь?

М.: – Грубо говоря, мы решили, что поедем, – вот и поехали. А дальше организаторская тема висела на мне. Хотя, конечно, много чего помогло, тур бы не состоялся без очень многих людей.

– Могли поехать не на запад, а на восток?

М.: – Первоначально после апрельского фестиваля в КемГУ «Тезисы» я думал еще и завернуть в Красноярск, но что там дальше – неизвестно. Это же не треугольник Юрга–Томск–Новосибирск, который мы освоили.

А однажды мне написал парень из Иркутска: «Приезжайте к нам с концертами». И я готов был ехать, просто никого там не знаю. Иногда случайно находим «братьев по разуму». К примеру, в Тюмени были знакомые, но у них не получилось организовать концерт, и в итоге я просто вышел на людей через Интернет. Даже в неизвестном городе можно найти места, некие арт-кафе, где могут такого рода музыку допустить.

– Сколько продолжались гастроли?

М.: – Около двух месяцев, за это время мы посетили восемь городов и дали 20 концертов. Мы задержались, потому что если все концерты расписать по плотному графику, то могли уместиться и в три недели.

К.: – И у нас был не тур, а скорее путешествие.

М.: – Ну, да, путешествие, в том же Питере пробыли три недели и дали шесть концертов.

– Тяжело далась гастрольная жизнь?

М.: – Нормально. В Москве уже подустали чисто физически. Плюс неудобства: где-то не успел помыться, где-то забарахлила аппаратура. Когда мы приехали сюда, то было так тоскливо, потому что вымотались. Но спустя четыре дня почувствовал, что есть силы ехать дальше.

К.: – Вообще путешествовать – это очень важно. А с испытаниями — это еще лучше…

– Как получилось провести совместные концерты с «Ночным проспектом» и Сергеем Летовым?

М.: – Эти музыканты живут не в темных очках. Они пытаются общаться с молодым поколением, они понимают, что с помощью нынешнего медийного пространства можно найти неких интересных исполнителей по городам. Например, с Летовым мы давно переписывались, и я сообщал ему, что мы можем приехать или сюда его завезти. Вот, кстати, 24 июля будет концерт Летова во «Встрече» (театре КемГУ. – Прим. ред.).

К.: – В общем-то, люди все открытые.

М.: – Мне это раньше тоже казалось нелегким делом, а сейчас вижу, что все возможно. С тем же Николаем Рубановым из «АукцЫона» получилось просто: я ему написал: мол, вот мы такая группа, вот наше видео и наши записи, будем выступать, хотите с нами поиграть? Он ответил утвердительно.

– Как в других городах люди воспринимали вашу музыку?

К.: – Публика, как и на любых концертах, делилась на две категории: те, кто знал, куда идут, и те, кто пришел случайно. Преобладала первая категория. Хотя мне особо радостно, когда приходят случайно и получают хорошие эмоции.

- Какие концерты запомнились особенно?

К.: – В Перми очень было мало людей на концерте, где-то человек 25 на двух выступлениях. Но зато все, кто пришел, каким-то образом посодействовали в нашем дальнейшем существовании. С кем-то мы затусили, а кто-то пригласил нас сделать еще один концерт.

М.: – В Москве и Питере были самые многочисленные выступления — человек по сорок.

К.: – Это стандартная аудитория для подобной музыки.

М.: – Это как в том же театре «Встреча». Там зал рассчитан на 70 человек. Но когда приходит 50-60 — это уже достаточно.

К.: – Когда в камерном месте присутствует небольшое количество слушателей – это по энергетике сильнее, чем много человек в большом месте. Хотя на концертах в «Олимпийском» у «Кино» тоже были накалены страсти, но я там себя просто не представляю.

– Где у нас в Кемерове, помимо «Встречи», «Ложи» и музея ИЗО, вы можете выступать?

М.: – Кафе и ночные клубы – это сразу нет. У нас нет таких клубов, как, скажем, новосибирские «Бродячая собака», «Труба» и «НИИ КуДА», где проводятся концерты такого плана. В Томске есть «Андеграунд», но он больше с джазовой темой. А вот в Кемерове с этим полная беда.

Мои знакомые и друзья, кстати, обсуждают это: вот было бы хорошо взять и открыть такое заведение у нас в Кемерове. Где можно было бы почитать книги, послушать музыку и побывать на необычных мероприятиях. Но это серьезный бизнес и для него нужны деньги. Я бы открыл такое место, если бы меня спонсировали. В Питере есть замечательное место «ГЭЗ-21» (галерея экспериментального звука), но оно все равно финансируется, несмотря на то, что это кафе и площадка для выступления исполнителей с мировым именем.

– А для стадионных концертов ваша музыка, конечно же, не подходит…

М.: – Смотря какое мероприятие. С этой программой, с которой мы ездили, мы в принципе можем выступать где угодно. Некоторые композиции могут звучать и на радио.

К.: – Наш синтез вообще странно воспринимается. Ведь если кто-то играет джаз, то он может выступать в определенных местах. А когда смесь стилей и направлений, когда есть видео или элементы театра – это сложнее воспринимается. Хотя на самом деле это интереснее. Музыка превращается в нечто большее, чем просто музыка. Это уже перформанс.

– Были забавные случаи на гастрольных концертах?

М.: – В Тюмени мы выступали в кафе «Книжка». Во-первых, я так и не увидел организаторов. А во-вторых, после нас был заявлен свободный микрофон и пришли какие-то подростки, которым важен был свободный микрофон, и все кричали нам, что время наше вышло. А потом сами сели и стали играть «Сплина».

И еще хочу сказать в целом про публику. Если народ приходил на концерт, то все удавалось. Такого, чтобы мы выступали, и все говорили «фу» — не было. Мы утвердились, в том, что наша программа – хорошая. И народ ее воспринимает.

– Что вам дал тур в музыкальном и личном плане?

М.: – Добавил некой уверенности, что мы не варимся в своем котле. Тур стал некоей проверкой и дал много интересных знакомств в музыкальном плане.

К.: – Очень много опыта. Это очень полезно — узнать, как люди твоего возраста делают музыку. И пообщаться с другими музыкантами и другими людьми, которые говорят тебе что-то стоящее.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal


3 Комментариев

  1. Яна  27 Июль 2012 @ 17:05

    Я вот не согласна с тем, что творчество является неосознанным актом… По-моему, оно как раз является в высшей степени осознанным, так как не понимая, что ты хочешь сказать, сказать не возможно… По- моему (хотя конечно мое мнение не является критерием истины), как раз творчество проясняет сознание. Ведь невозможно, например, создать хороший стих, не понимая, какую мысль ты хочешь выразить.. (ну или по крайней мере мне очень хочется в это верить…)

    Ответить ]

    markvart   29 Июль 2012 @ 03:37 

    Я тут не имел в виду, что полностью неосознанно, там в интервью написано «несколько неосознанно». Просто весь путь создание же достаточно большой, но я полностью уверен, что есть момент в этом пути «неосознанный», что-то происходит такое, что нам не дано понять.

    Ответить ]

  2. » Студия Неосознанной Музыки (СНМ)  15 Май 2014 @ 05:04

    [...] Неосознанный путь петли. Интервью с участниками СНМ. [...]







Вы можете использовать такие хтмл теги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>